Мама, замолчите!

Мама, замолчите!—сказала Лариса.
Мать взглянула на нее блеклыми, в красноватых веках глазами и замолчала. Лариса увела Игоря, он едва успел попрощаться. Он ничего не понял, ему было неловко. С того полдня Игорь не мог побороть в себе странной боязни перед Ларисиным домом.
— Соскучился? Или отдохнул?—услышал он глухой, всегда волнующий его голос.
Лариса переоделась. Теперь на ней была черная юбка. Игорь любил эту юбку. Она обозначала, что Лариса пойдет с ним в лес. Цвета блузки Игорь не замечал. Под стеклянно-прозрачной тканью он видел только плечи.
— Пойдем к нам?—спросил он, прижимая к груди ее руку.
«К нам» — значило в ближнюю березовую рощицу. По вечерам, кроме парочек, туда никто не ходил.
Как надоело все! Как это тесно, мелочно... Клубника, опилки, выщербленные ступени!—сказала вдруг Лариса, вздохнув глубоко, с болью, словно и воздуха ей не хватало.
Из невероятного далека вернули Игоря эти слова.
— Да где у вас ступеньки? Приду завтра и починю. Я ж хорошо плотничаю.
Лариса повернулась. Долго, с любопытством смотрела на Игоря. Углы ее рта дрогнули. Игорь любил эту неясную улыбку сомкнутых губ.
Они дошли до обрыва. Сели на теплую, скользкую от хвои землю. В воздухе толклись мошки, предвещая погожий день.
— А тебе не жаль тратить время на эти плотницкие забавы?—спросила Лариса, ловя губами длинную упругую травинку. — Тебе не кажется, что так можно разменяться на пустяки? Может быть, лучше, чтоб ступеньками занимался кто-то другой, а ты шел бы прямо к цели, которой ты достоин?

Почти полночь.

Почти полночь. Сели за стол и перетираем тему, это же сколько заблуждений вечных ходит по нашим головам. Вот, к примеру, сорокоградусная водка, это национальный русский напиток. Получается мы не совсем русские, потому как любим очень коньяк и чай. А тут и другое заблуждение пришло к нам в гости.  Заблуждение о нашем любимом коньяке. Присутствует замшелая страшная ложь, в том, что  коньяк пахнет всегда клопами.
Настоящая чернуха! Чем может пахнуть хороший коньяк, кроме как настоящим коньяком? Вот это и настоящая истина.

Скоро кончится война.

Я вижу в вас передового человека России, прекрасно понявшего ход времени. Скоро кончится война и мы оценим ваши заслуги. А пока надо работать! — штурмбанфюрер повернулся так, что складка на лбу стала еще глубже.— Запомните: вы больше не Квако. Вы понимаете меня?
—Так точно, понимаю!
—Вы — солдат. Русский солдат...
Квако хотел было сказать «понимаю», но эсэсовец поднял руку, остановил его:
—Это надо выучить, как «Отче наш»,— и бросил через стол старую, изрядно потертую красноармейскую книжку.
Квако поймал ее на лету, вытянулся во весь рост, руки по швам: все будет исполнено!
А эсэсовцу не хотелось затягивать встречу с агентом. У штурмбанфюрера уйма других дел. И поэтому он сразу приступил к главному.
Квако должен немедленно отправиться на перевал. По пути радировать о положении в горах: войскам «СС» нужно знать, есть ли там партизаны, где они, сколько их...
—После этого,— продолжал он,— вы пойдете дальше, в Сухуми. Судя по всему, город скоро будет взят войсками фюрера. Нам нужны списки,— он посмотрел в упор немигающими глазами,— списки активистов. Понимаете? Вы там жили. Это ваш город...
—Так точно! — отозвался Квако и подумал: «Все знает!»
Эсэсовец вытащил из нагрудного кармана бумажку, заговорил чуть вежливее: —    Служба требует порядка. Как это у вас говорят? «Погуляли — пора и честь знать». Прошу!
Квако пробежал глазами текст заранее подготовленной расписки. Таких расписок он еще никому не давал. Особенно поразила последняя строка: «Трусость, отказ от выполнения задания влечет за собой расстрел». Эсэсовец встал, давая понять, что время не ждет, и подал агенту ручку. Агент макнул перо в чернила, на секунду заколебался, но тут же ровным почерком вывел: «Андрей Квако».
—Все. Остальное с командиром батальона,— штурмбанфюрер кивнул головой в сторону Хардера.

Человек.

Обычная справка из больницы, а без нее не выйдет ничего дальше. Как не крутись, как не вертись, а ничего не выходит. Проснись и пой! Сколько в судьбе нашей зависит от разнообразного вида справочек. Везде клин, куда не кинь.  Сколько за свою жизнь мы добываем таких справок? Даже сам Люцифер свою бестолковку переломает.
Не то, что обычный среднестатистический человек. Справка - двигатель бытия человеческого в нашей государстве. Как в песне.

Черт.

Черт те что в моей башке творится. Что мне за ерунда иногда  предрассветным утром мерещится? Отчего это со мною такое иногда происходит. Вот какая несчастье то! Скакал по весеннему лугу очень молодой кентавр, настоящий кентавр. Я его как живого видел! А меня собираются отправить побыстрее в ближайший дурдом. За что хотят они со мною сотворить так?
Наверное,    завидуют мне, что не видят того, что вижу, что могу видеть я. Ну и сатана со всеми вами. Со жмуриками не породнюсь. Глаз моих все равно не лишите. И идите вы!

Блюдо.

Приятного всем аппетита! А вы любите обычные русский продукты? Я очень люблю. Мне все это нравится. Что же такое все-таки  капуста квашенная? Это не  только отличная закуска под рюмочку, это еще и национальный русский продукт. Изысканное всем известное русское блюдо.
Возможно вполне и не для признанных любителей хорошо поесть, но для обычного человека, это изысканное блюдо. И ни чьих я возражений не потерплю, не даст мой характер. На цвет и вкус, друга как говорится нет.